МАГАДАН, 14 октября. MagadanMedia. Ювелир Эдгар Хачатрян уже более 15 лет создаёт украшения в Магадане. В его мастерской рождаются кольца, кулоны, браслеты и уникальные изделия ручной работы. О пути в профессию, различии между ремеслом и искусством, работе с камнями и металлами, взаимодействии с клиентами, магии ручного труда и мечте создать собственный ювелирный бренд — в интервью с магаданским мастером.
— Как вы пришли в профессию ювелира?
— У нас на ювелирном заводе в Ереване создавались группы из молодежи. Вот туда я и попал. Приняли — и началось. Это было примерно в 2003–2004 году, после армии. В 2002-м я вернулся со службы, а через год уже устроился.
Учился ювелирному делу я в Ереванской ювелирной школе, старой советской школе мастеров, где всё делалось вручную.
— С какого металла начинали работать?
— Сначала учился на латуни, потом на серебре.
Серьги. Фото: Эдгар Хачатрян
— Когда вы переехали в Магадан?
— В 2010 году. Спустя какое-то время после переезда открыл мастерскую. Вот уже 15 лет здесь.
— Ювелирное дело для вас — это ремесло или искусство?
— Тут два аспекта. Если ты на заводе и выполняешь конкретный процесс — это ремесло. А если создаёшь изделие с нуля, с эскиза — это уже искусство.
Эдгар Хачатрян: Украшение должно радовать глаз и быть прочным, как дом у строителя. Фото: Эдгар Хачатрян
— С чего начинается создание украшения — с идеи, выбора камня или эскиза?
— По-разному. Если есть камни, под которые нужно сделать оправу, начинаю с камня. Но важно, чтобы всё было со вкусом. Иногда диктует сам камень, иногда идея.
— Часто ли заказчики приходят со своими задумками?
— Примерно 50 на 50. Бывает, приходят и говорят: "Не знаю, что хочу". Тогда я объясняю, рисую эскиз. Бывают клиенты, которые понимают задумку только когда видят готовое изделие из золота.
— Сколько времени занимает изготовление украшения?
— От трёх дней до бесконечности. Иногда можно работать над одним изделием полгода. Простые обручальные кольца — несколько часов, если без камня.
— С каким металлом вам нравится работать больше всего?
— С платиной почти не работаю — металл капризный, требует особых инструментов и высокой температуры. Больше всего люблю серебро: оно податливое, позволяет размахнуться в идеях. А золото — это капитал. В серебре можно экспериментировать, но и работать часто "вхолостую": люди не готовы платить столько же, сколько за золото.
Крестик. Фото: Эдгар Хачатрян
— Как различаются сплавы золота и от чего зависит цвет?
— Чистое золото — это отдельный элемент таблицы Менделеева, ярко-жёлтый металл. Но украшения делают не из чистого золота, а из сплава — добавляют серебро, медь, никель, цинк или палладий. От этого и зависит цвет.
Если в сплаве больше меди, золото получается красным; если серебра — жёлтым; если никеля и цинка — белым. Например, белое золото раньше делали, смешивая серебро и палладий. Сейчас используют готовые лигатуры — специальные добавки, которые задают оттенок.
Эдгар Хачатрян: Украшение должно радовать глаз и быть прочным, как дом у строителя. Фото: Эдгар Хачатрян
— То есть содержание золота в любом цвете одинаковое?
— Да. В 585-й пробе всегда одно и то же количество чистого золота — 58,5%. Меняется только состав добавок. Поэтому белое, жёлтое или красное золото стоят примерно одинаково.
— Почему бриллианты часто ставят именно в белое золото?
— Чтобы не искажать блеск камня. Красное или жёлтое золото придают бриллианту оттенок, а белое сохраняет чистый свет. Поэтому под бриллианты делают оправу из белого золота.
— Есть ли разница между пробами золота?
— Да. Чем выше проба, тем мягче металл. Из 958-й пробы, например, не делают кольца, потому что она слишком мягкая для этих цепей. 585-я — оптимальная по твердости.
Браслет. Фото: Эдгар Хачатрян
— Часто ли вам приносят старые украшения для переплавки?
— Бывает. Сначала всё проверяю, потому что если переплавить вместе золото разной пробы — получится низкопробный сплав. Обязательно тестирую реагентами.
— Можно ли отличить настоящее золото и камни на глаз?
— На глаз — примерно. Есть специальные реагенты и приборы, которые показывают содержание металла. А вот драгоценные камни сейчас подделывают очень умело. Настоящий бриллиант от искусственного можно отличить только в лаборатории.
Медальон. Фото: Эдгар Хачатрян
— Бывают ли у вас сложные заказы?
— Самые сложные — с трудными клиентами. Энергетика человека влияет на работу. Иногда всё идёт легко, а бывает, что одно и то же простое изделие не получается неделями.
— Помните самое запоминающееся украшение?
— Да, кулон с Николаем Чудотворцем, украшенный бриллиантами, изумрудами, рубинами и сапфирами. Человек хотел не просто кулон, а рыцарский орден. Я делал его вручную — эмаль, рисунок, обработка, всё. Работа длилась три–четыре месяца.
Кулон с Николаем Чудотворцем. Фото: Эдгар Хачатрян
— Было такое изделие, в которое вы вложили особый смысл?
— "Золотые сопки Магадана". Кольцо для женщины, уезжавшей из города. Она хотела, чтобы украшение напоминало о Магадане. Так и сделали — кольцо с золотым рельефом сопок.
"Золотые сопки Магадана". Фото: Эдгар Хачатрян
— Как определяете цену украшения?
— Есть изделия, где цена складывается по грамму, плюс работа и потери. А есть вещи, как "Золотые сопки Магадана" — идея, эскиз, смысл. Это не по граммам, а по вложенной в изделие душе оценивается.
Эдгар Хачатрян: Украшение должно радовать глаз и быть прочным, как дом у строителя. Фото: Эдгар Хачатрян
— Что важно для мастера кроме техники?
— Вкус. Надо уметь сочетать камни и металл, цвет и форму.
Украшение должно радовать глаз и быть прочным, как дом у строителя.
Перстень. Фото: Эдгар Хачатрян
— Случалось ли, что клиенты не ухаживают за изделиями?
— Постоянно. Приносят кольца или цепи, забитые кремами, потом и грязью. Перед ремонтом всё приходится очищать. Украшения — как одежда: их нужно чистить.
— Есть ли мечта или проект, который хотите воплотить?
— Да, мечта есть — открыть собственный бренд ювелирных изделий ручной работы. Не массовое производство, а именно авторские изделия по эскизам.
Когда человек доволен — это как аплодисменты музыканту. Довольное лицо клиента — это аплодисменты для мастера.
Серьги. Фото: Эдгар Хачатрян
