15 июля 1926 года из Владивостока к острову Врангеля вышла экспедиция Георгия Ушакова. О крещении всемирно известного полярника Арктикой специально для ИА MagadanMedia рассказывает Василий Авченко.
Благословение от Арсеньева
Георгий Ушаков (1901—1963) родился в деревне Лазарево Амурской (ныне — Еврейской автономной) области. С детства ходил по тайге. "…В лунном свете августовских ночей видел лося, отзывающегося на звук охотничьей трубы; отсиживался на берёзе от разъярённой медведицы… спал в зимние морозы у костра из стволов кедра и наблюдал в ночной темноте фосфорический свет рысьих глаз", — вспоминал Ушаков. Единственной книгой, имевшейся в доме, была поэма Пушкина "Руслан и Людмила". Её герой пускался в рискованное путешествие, и Ушаков в мечтах странствовал вместе с ним.
Полярник Георгий Ушаков (1901-1963). Фото: Моисей Наппельбаум
Подростком Ушаков жил в Хабаровске, учился, подрабатывал как придётся. Судьбоносной он считал встречу со знаменитым исследователем Дальнего Востока Владимиром Арсеньевым, который в те годы руководил в Хабаровске Гродековским музеем. Сам Ушаков впоследствии утверждал, что провёл в отряде Арсеньева целое лето — полевым рабочим. По другим данным, имела место лишь экскурсия на Хехцир, которую Арсеньев провёл для школьников с 28 августа по 2 сентября 1914 года.
Участники экскурсии Владимира Арсеньева на хребет Хехцир 28 августа – 2 сентября 1914 года. Арсеньев стоит четвёртый справа, Ушаков стоит четвёртый слева. Фото: из открытых источников
В годы Гражданской войны Ушаков — подпольщик, партизан, солдат Дальневосточной республики. В 1921 году он поступил в Дальневосточный университет, где снова встретил Арсеньева, теперь жившего во Владивостоке. Учёный подарил ему записки Фердинанда Врангеля о полярной экспедиции 1820-1824 гг., а позже дал рекомендацию в Географическое общество. Вероятно, именно Арсеньев, мечтавший о северных походах и встречавшийся с норвежским полярником Фритьофом Нансеном, заразил юношу мечтой об Арктике. Личные интересы совпали с государственными: в 1920-е годы молодое советское государство начало настоящий штурм Арктики. "Я начал работу в Арктике, когда слово “полярник” ещё редко встречалось в нашем языке. Советская работа в полярных областях только развертывалась…" — писал потом Ушаков.
Полярный исследователь, адмирал, в 1855—1857 гг. - управляющий Морским министерством Фердинанд Врангель (1797-1870), имя которого носит остров. Фото: из открытых источников
Борьба за таинственный остров
Вопрос о том, кто открыл остров Врангеля, разделяющий Восточно-Сибирское и Чукотское моря, не имеет однозначного ответа. О его существовании ещё в середине XVII века узнал от чукчей казак Михаил Стадухин. Веком позже Ломоносов, нанося остров на карту, окрестил его "Сомнительным". В 1820-х остров безуспешно искал упомянутый выше лейтенант Фердинанд Врангель, будущий адмирал и морской министр. В 1867 году американский китобой Томас Лонг прошёл мимо южного берега острова и назвал его Землёй Врангеля. В 1879-м его соотечественник лейтенант Джордж Де-Лонг наблюдал остров с севера. В 1881 году капитан американского же судна "Томас Корвин" Кельвин Хупер высадился на берег и провозгласил остров территорией США — "Новой Колумбией", но дальше декларации дело не пошло. В 1911 году к острову пробился русский ледокольный пароход "Вайгач" под командованием капитана 2-го ранга Константина Ломана. Моряки провели съёмку побережья, собрали образцы горных пород и подняли российский флаг.
Вскоре Российская империя рухнула, вспыхнула Гражданская война, Дальний Восток заняли интервенты. Канадский полярник, автор концепции "Гостеприимная Арктика" Вильялмур Стефанссон решил: остров нужно присоединить к Канаде — доминиону Британской империи, пока его не прибрали японцы. Он писал канадскому премьеру Артуру Мейену: "Нам необходима цепь островов… в качестве военно-морских баз для наших подводных лодок и в качестве станций для самолётов". Мейен поддержал Стефанссона, и тот сколотил отряд колонистов во главе с канадцем Аланом Кроуфордом (компанию последнему составили трое американцев и эскимоска Ада Блэкджек). В 1921 году эта пятёрка подняла на острове канадский и британский флаги и объявила его владением короля Георга V. Однако Арктика оказалась негостеприимной: продукты закончились, в 1922 года шхуна Стефанссона к острову не пробилась. Трое колонистов отправились по льду на материк и сгинули, четвёртый умер от цинги, на острове осталась лишь Ада с кошкой. Её сняли в 1923 году и завезли смену — отряд эскимосов во главе с американским геологом Чарльзом Уэллсом.
Канадские колонисты Алан Кроуфорд, Ада Блэкджек, Лорн Найт, Фред Маурер и Мильтон Галле с кошкой Викторией, 1921 год. Фото: из открытых источников
Советской России, занятой Гражданской войной, было тогда не до острова. Лишь в 1924 году на Врангеля пришла канонерская лодка "Красный Октябрь" (экспедицией командовал выдающийся гидрограф Борис Давыдов). На острове подняли красный флаг, отряд Уэллса вывезли. Врангель стал советским, но тревоги никуда не делись. В записке Дальревкома, отправленной в Москву, говорилось: "Остров необходим для нас в стратегическом и политическом отношениях, особенно теперь, если принять во внимание последние притязания американцев на него. Самым верным способом окончательного закрепления за нами острова является заселение его".
Гидрограф Борис Давыдов (1883-1925). Фото: из открытых источников
Среди добровольцев, заявивших о желании осваивать остров, был и Георгий Ушаков — молодой и никому ещё не известный. Не тогда ли он дополнил свою биографию сведениями о работе в отряде Арсеньева, чтобы к его кандидатуре отнеслись всерьёз? "…Я собираюсь отправиться на Север не ради любопытства туриста или выгод гастролёра, а ставлю перед собой глубоко продуманную задачу…" — писал он в различные инстанции. И добился своего: именно Ушакова в мае 1926 года назначили уполномоченным Далькрайисполкома по управлению островом Врангеля. В инструкции по заготовке пушнины и моржового клыка, выданной ему, говорилось: "Принять все меры к максимальному использованию пушных богатств острова, причём строго следить, чтобы это использование не носило характера хищнического избиения зверя". А в целом — действовать по обстоятельствам.
"Ставрополь" штурмует ледовые бастионы
"Судьба экспедиции долгое время была под вопросом. Отсутствие нужных средств и судна — вот два главных препятствия", — писал Георгий Ушаков в мемуарах "Остров метелей". Шхуну норвежского полярника Руаля Амундсена "Мод", арестованную за долги, приобрести не удалось. Тогда решили использовать пароход "Ставрополь", подготовив его к плаванию во льдах. "Нас называли сумасшедшими и пророчили верную гибель при первой же встрече со льдами. Обзывали авантюристами, вводящими государство в расход… Утверждали, что “Ставрополь” будет раздавлен льдами, как спичечная коробка", — вспоминал Ушаков. И тем не менее 15 июля 1926 года толпа родных и друзей провожала "Ставрополь", отходящий от причала владивостокского порта. Пароход вёл Павел Миловзоров — один из пионеров Севморпути, совершивший в 1914 году первый рейс из Владивостока к устью Колымы.
Продуктами запаслись на три года. В Японии, по пути, закупили овощи. На Чукотке предстояло погрузить собак и взять на борт колонистов — новосёлов острова, которыми должны были стать эскимосы из Провидения и Чаплино. Однако на месте выяснилось, что эскимосы вовсе не горели желанием ехать неизвестно куда. Помог случай. Из записок Ушакова: "…Из одной яранги с воплем выскочила обнажённая девушка, за ней в таком же виде другая, и они побежали, крича что-то на непонятном мне языке. За ними выскочил немолодой эскимос. В руках его был гарпун, нацеленный на убегавших девушек. Когда он поравнялся со мной, я подставил ему ногу, и он упал, зарывшись лицом в песок… Эскимос тут же вскочил, смахнул с лица песок, схватил гарпун и, повернувшись ко мне, занёс руку… Я напряг всю свою волю: если эскимос прочтёт на моём лице страх — я погиб…" Эскимос — это был Иерок, один из лучших охотников, — опустил гарпун и ушёл. Протрезвев, он сам явился к Ушакову и сказал: "Я хотел тебя заколоть, потом пошёл в ярангу, там сначала спал, потом думал… Мне кажется, ты хорошо сделал… Поэтому я думаю, ты — хороший человек… Мне сказали: ты зовёшь нас куда-то на остров. Я не знаю, где остров; но хочу с тобой поехать". Благодаря авторитету Иерока ещё несколько семей согласились ехать на север. "Будущая колония… укомплектована. Она состоит из шестидесяти человек, из них девять русских, остальные эскимосы", — констатировал Ушаков.
8 августа 1926 года "Ставрополь" благополучно достиг острова. Началась выгрузка снаряжения. Через неделю "Ставрополь" ушёл. На обратном пути моряки подняли советский флаг на соседнем островке Геральд, открытом в 1849 году английским капитаном Генри Келлеттом.
Подъём советского флага на острове Врангеля 20 августа 1924 года. Фото: из открытых источников
Вахта длиной в три года, или "Умилык делает всё, как эскимос"
Заполярное лето сурово: уже 18 августа утром в умывальнике замёрзла вода. Вскоре посыпалась снежная крупа… Но вот дом ("…С двойными полами и потолком, обшитый внутри толем, войлоком и циновками, он представляет собой нечто вроде закупоренной шкатулки") и склад построены, зимние яранги возведены, начала работу метеостанция. Эскимосы звали Ушакова "умилык", что приблизительно переводится как "начальник, силач, хозяин, лучший охотник, кормчий". Он перенимает у коренных северян навыки выживания на морозе, убеждается в отличном качестве одежд из оленьего меха и нерпичьих шкур, постигает тонкости охоты на моржей, любуется редчайшей розовой чайкой, приучается к сырому и мороженому мясу, овладевает искусством езды на собаках, отдавая им команды по-эскимосски… Лучшей похвалой для Ушакова стали слова его подопечных: "Умилык делает всё, как эскимос". В пургу Ушаков учил эскимосских детей грамоте, записывал эскимосские сказки и перечитывал любимую книгу — "Руслана и Людмилу".
В Арктике Георгий Ушаков чувствовал себя как дома. Фото: из открытых источников
Начальнику острова пришлось бороться не только с природой, но и с суевериями, причём из сугубо практических соображений. К примеру, после удачной охоты на белого медведя его голову торжественно вносили в ярангу и украшали бусами, после чего охотник в течение нескольких дней пел убитому зверю песни, бил в бубен, танцевал… "Узнав об этом обычае, я сильно обеспокоился. Нам предстояло заготовлять много мяса, а если каждый охотник после удачной охоты будет пять суток занимать своего медведя песнями и плясками, то это тяжело ударит по быту нашего маленького поселения", — писал Ушаков. Ему на помощь пришёл Иерок, убедивший своих соплеменников: на острове Врангеля эскимосский обычай не обязателен.
Началась полярная ночь, установились свирепые морозы с беспрерывными метелями. "Запасы мяса быстро уменьшаются, — записывает Ушаков. — Мы уже начали кормить собак варёным рисом и потеряли почти половину из них. С каждым днём настроение падает. Среди людей начались заболевания". Слёг сам Ушаков с воспалением почек, у одного из русских новосёлов началась цинга. Заболел и вскоре умер Иерок, к поддержке со стороны которого уже привык Ушаков. Смерть лучшего охотника эскимосы сочли местью "туг’ныг’ак’а" — то есть чёрта. "…Паника может заставить эскимосов не только отказаться от переселения на северную сторону острова, но и вообще покинуть остров, уйти на собаках вместе с семьями на материк. Возможно, они только и ждут, пока немного потеплеет. Им это грозит верной гибелью в морских льдах, а делу создания на острове советского поселения — крахом", — беспокоился Ушаков. Уговоры не действовали, эскимосы боялись идти на охоту. Умилык решил действовать личным примером: ещё слабый после болезни, он отправился на северную сторону, прямо в гости к тому самому чёрту, и добыл медведя. "Кризис миновал. Советское поселение на острове стало укрепляться". Вскоре на северной стороне возник ещё один посёлок. Уточняя карту острова, Ушаков обнаружил американский флагшток 1881 года и срубил его на дрова…
Книга Георгия Ушакова «Остров метелей». Фото: из открытых источников
В 1927 году на остров прибыли два аэроплана. "Эти самолёты… направлялись для обслуживания колымских рейсов и попутно доставили нам письма и годовой комплект газеты “Правда”. Ровно год мы не имели никакой связи с материком — ведь радио у нас не было", — пишет Ушаков. В другой раз показалась шхуна под американским флагом. Умилык на всякий случай приказал всем вооружиться, но судно ушло восвояси.
Летом 1929 года, несмотря на сложную ледовую обстановку, полярный капитан Константин Дублицкий сумел привести к острову ледорез "Литке" — доставил смену и забрал Ушакова. Молодой полярник с честью выполнил все возложенные на него задачи: основал посёлок, заготовил песцовые и медвежьи шкуры, моржовые и мамонтовые бивни, организовал метеонаблюдения, провёл топосъёмку, собрал коллекцию минералов, растений и т. д. Ушакова удостоили грамоты ВЦИК и ордена Трудового Красного Знамени.
Ледорез «Фёдор Литке», на котором Ушаков вернулся на материк. Фото: из открытых источников
Три года, проведённые на Врангеле, стали для Ушакова ступенью к следующему подвигу — походу на Северную Землю. Даже контуры этого архипелага, открытого в 1913 году Борисом Вилькицким, оставались загадкой, не говоря о рельефе и геологическом строении. Уже в 1930-1932 гг. Ушаков изучал Северную Землю, закрывая вместе с геологом Николаем Урванцевым, охотником Сергеем Журавлёвым и радистом Василием Ходовым последние белые пятна Земли. В 1950 году Ушакову без защиты диссертации присвоили учёную степень доктора географических наук.
(Не)обитаемый остров: большая игра продолжается
А остров Врангеля жил своей жизнью. После Ушакова его начальником на целую пятилетку стал Ареф Минеев. Сменивший последнего Константин Семенчук запомнился самоуправством. Эскимосы при нём голодали, а доктор Николай Вульфсон погиб при загадочных обстоятельствах. В итоге Семенчука и его подручного Старцева расстреляли, причём обвинителем в суде выступал прокурор СССР Андрей Вышинский, а само дело вёл начальник следственного отдела Прокуратуры СССР и писатель Лев Шейнин, описавший эту историю в рассказе "Дело Семенчука".
Позже на Врангеля основали поселения Звёздный и Перкаткун, построили ряд военных объектов. В 1963 году остров обошёл на собаках геофизик Олег Куваев, будущий автор знаменитого романа "Территория" о геологах Чукотки. Об острове Врангеля он написал рассказы "Старый-престарый способ дороги" и "Чуть-чуть невесёлый рассказ", а той самой розовой чайке посвятил повесть "Тройной полярный сюжет". В 1975 году на остров заселили когда-то обитавших здесь овцебыков, и он стал заповедным.
1963 год. На острове Врангеля работает геофизик и писатель Олег Куваев (1934-1975). Фото: архив Д. Г. Куваева
На рубеже 1980-х и 1990-х военные начали покидать остров. К 2003 году опустел и главный посёлок — село Ушаковское. Остров снова стал необитаемым, на нём остались лишь моржи, гуси, белые медведи и овцебыки. Однако в 2010 году возобновилась работа метеостанции, а четыре года спустя на острове появилась российская военная база "Полярная звезда". Сегодня постоянного населения на острове нет, временное составляют военные, метеорологи, учёные.
Село Ушаковское, 1986 год. Фото: Сергей Бурасовский
Казалось бы, споры о принадлежности острова остались в далёком прошлом. Однако полемика в американской печати, прозванная Wrangle over Wrangel Island, из XX века перетекла в XXI. В 1981 году лауреат Пулитцеровской премии Джек Андерсон писал в Washington Post: "Стратегическая ценность острова неоспорима. Отобрав остров у русских, Рейган мог бы гарантировать себе место в истории". В 1986 году о правах Штатов на остров заявила группа американских сенаторов. В 1990-х в дебатах на ту же тему принял участие сенатор Джо Байден, будущий президент США. Наконец, в 2022 году бывший член комиссии США по арктическим исследованиям Томас Дэнс заявил со страниц Wall Street Journal, что военная база РФ на острове несёт угрозу и Штатам пора вернуть эту "захваченную русскими" землю себе. С тех пор геополитическая напряжённость на планете только усилилась. В контексте разговоров о грядущей битве за Арктику заполярный остров представляется не только безусловным сокровищем, но и передовым рубежом.
Село Ушаковское, наши дни. Фото: из открытых источников
